На главную В избранное

Выберите первую букву нужного раздела.

А Б В Г Д Е Ж З И К Л М Н О
П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Щ Э Ю Я

 

Для удобства воспользуйтесь нашим поиском

Узнайте больше о ЛЮБИМОМ городе!

 

ЯЗЫКОВАЯ СРЕДА, речь
 

ЯЗЫКОВАЯ СРЕДА. Речь челябинцев сформировалась на основе сев. говоров (по данным проф. Г. А. Турбина, рус. первопоселенцы Чел. были из Тобольской и Шадринской округи). Характерной чертой обиходной речи большинства горожан является быстрота произношения. В. И. Даль писал: “Кто не узнает, при первой речи, уральского казака по резкой скороговорке его?” По данным анализа устной речи коренных жит. Чел., ее скорость превышает 150 слов в минуту за счет редукции, т. е. сокращения, гласных. В безударном положении слышится звук, похожий на очень краткое “О” (обозначим его через “Ъ”) или очень краткое “Е” (обозначим его через “Ь”), и тогда вместо литературного “МАсква” звучит “МЪсква”, вместо “пАкой” – “пЪкой”, вместо “хАроший” – “хЪроший”, вместо “гЪвАрю” – “грю” и т. д.). Особые интонации в обиходной речи создают совпадение повествоват. и вопросит. высказываний, замену утверждения сомнением (“Я пошла-а?”, “Я позва-ал?”), растягивание конечных гласных при обращении (“Марь Иванна-а”, “Вер Петровна-а!”). Я. с. Чел. отличается также специфич. лексикой. Прежде всего это урбанизмы – собств. имена гор. объектов. Гор. районы челябинцы называют инициальными аббревиатурами по образующим их заводам: АМЗ, КБС, ЧГРЭС, ЧТЗ, ЧМЗ, ЧЭМК. Тенденция к сокращению собств. наим. активна и в др. случаях: Торг. центр – “ТэЦэ”, Дворец культуры железнодорожников – “ДэКаЖэДэ”, ресторан “Уральские пельмени” – “УПИ”. В каждом районе – свои обозначения, напр., магазинов: “Маргаринка”, “Башня”, “Косой”, “Дубовский”, “Молодёжка” (универмаг “Молодёжная мода”); гор. ориентиров: “Площадь” (пл. Революции), “Проспект” (пр. Ленина), “Металлургов” (Шоссе Металлургов), “Машинка” (ул. Машиностроителей), “Северок” (Северо-Запад). “Городом” в повседневной речи именуется его центр. часть, и жит. окраинных районов (“кабээсники”, “чээмзэшники”, “четэзовцы”) ездят в “город” для покупок и развлечений. Я. с. Чел. свойственны и слова, отражающие гор. быт: “третий”, “седьмой”, “восьмой” (маршруты); “длинный”, “кишка”, “двойной” (об автобусе); “талон”, “проездной”, “месячный”, “пенсионное” (документы на проезд); “Пентагон” (здание многоугольной формы); “полуторка” (однокомнатная квартира), “билдинг”, “стекляшка”, “пяти-, шести-, семиэтажка” (о зданиях); “блошиный”, “крытый”, “восточный”, “китайский” (рынки); покупать-продавать “на пятачке”, “на перекрёстке”, “с раскладушек” (торг. точки); “ракушки” (киоски на рынках). В обыденной речи горожан можно отметить употребление слов в ином значении, чем в лит. яз. Так, в словарях совр. рус. яз. значения слов “булка” и “буханка” разграничены: “буханка” – формовой, обычно черный хлеб; “булка” – хлебец из белой муки. В Чел. слово “булка” используется для обозначения как белого, так и черного хлеба: “Мне булку чёрного и две булки белого”. Вместо вывесок “Хлеб” чаще используются “Булочная” или “Булочная-кондитерская”. Слово “булка” стало родовым назв. любого вида и качества хлеба, вытеснив слова “буханка”, “коврига”, “каравай”, “сайка”, “ржаной”, “пшеничный”, “сдобный хлеб”, “кирпичик”, “формовой”, “батон”, “ситник”. В речи че­лябинцев отмечены слова-регионализмы, свойств. преим. уральцам: “вехотка” (мочалка), “враз” (сразу), “галить” (выполнять роль ведущего в детской подвижной игре), “голбец” (подпол), “гомонок” (кошелек), “катушка” (ледяная горка для катания), “ладом” (как следует), “навяливать” (навязывать), “ни в коем разе” (ни в коем случае), “обабок” (подберезовик), “сидеть голодом” (голодать), “скать” (раскатывать тесто), “стайка” (сарай), “толкушка” (пестик), “шаньга” (лепешка, запеченная со сметаной), “шоркать” (тереть с целью вычистить, вымыть). Несмотря на специфич. черты произношения и словоупотребления, свойств. всем челябинцам (т. н. “особенный уральский говорок”), гор. речь неоднородна. Для офиц. общения используется кодифицированный (строго нормированный) лит. яз. Речь бытового общения горожан можно подразделить на разговорный вариант лит. яз. (обычно речь интеллигенции), просторечие, социальные и профес. жаргоны. Просторечие характеризуется такими отклонениями от лит. яз., как неверные ударения: “во-первЫх”, “дОсуг”, “докУмент”, “звОнит”, “катАлог”, “квАртал”, “килОметр”, “подвЕдены”, “провЕдены”, “сантИметр”, “средствА”, “свеклА”, “шОфер”; неверное произношение: “кажНый”, “шкаП”, “траНвай”, “замечАт”, “читАт”, “боюсЯ”, “стираюСЯ”; неправильные грамматич. формы: “местОВ”, “делОВ”; “сидел задумавшИ”, “уехал не дождавшИ”, “был у мамЕ”, “у папЕ”; “беЖи”, “еХай”, “ляЖЬ”; “хочУт”, “ходЮт”, “не пуЩают”. В чел. просторечии употребительны слова со сниж. окрашенностью: “больно” в значении “очень”, “голосить” – “громко петь, кричать”, “маленько” – “немножко”, “наж­рать­­ся” – “напиться пьяным”, “намаяться” – “сильно устать”, “паршивый” – “очень пло­хой”, “объегорить” – “обмануть”, “тётка” – “всякая взрослая женщина”, “пацан” – “мальчик”, “пацанка” – “девочка”. Часто используются суффиксы: -к-, -ёшк-, -ёнк- (-онк-), -их-(а) в словах низкого стиля: “моркошка”, “морожка”, “столовка”, “девка”, “куртёшка”, “ребятёшки”, “гулёнки” (голуби), “бомжиха”, “продавчиха”. Просторечными являются образования: “засоня” вместо “соня”, “голодовать” вместо “голодать”, “начистовую” вместо “начистую”, “озоровать” вместо “озорничать”, “с ночевой” вместо “с ночёвкой”, “внаклонку” вместо “внаклон”, “часовалый” (пяти-, шести, семичасовалый поезд) вместо “часовой”. Просторечный оттенок придает речи использование “чё” вместо “что”, утвердит. частицы “ну”, побудит. частицы “айда” (“айдате”), частицы “дак” с общим усилит.-выделит. значением, родит. падежа местоимения “что” вместо винит. (“Чего сделал? Чего купил? Чего помножаешь на чего?”). В синтаксисе гор. просторечия отмечено согласование по смыслу (“И не знаю, кто улицы чистят”; “На сессию сейчас мало приезжают студентов”); сочетание 2 синтаксически нераздельных форм глагола в сказуемом (“схожу посмотрю”, “поедем съездим”, “пойду умоюсь”, “давай пиши”, “давайте отрабатывайте”, “возьми включи”, “взяла отпустила”); использование полных прилагательных и причастий в именном составном сказуемом вместо кратких (“Машина готовая к отъезду”; “Студенты хорошо одетые”; “Телефоны изменённые у нас”); использование “именительного темы” (“Петрова, она из группы юристов”; “Шанежки, они со сметаной всегда”; “Теплотехнический, он отовсюду виден”). В значении конструкции, выражающей условие, часто выступает условный оборот “если что”: “звони если что”; “уволюсь если что”; “кричи если что”. Женская речь отличается от мужской тембром голоса, темпом речи, характером пауз, длительностью гласных; характеризуется диалоговой направленностью, что влечет нарушение лит. норм яз. Женщины употребляют местоимения, частицы, отрицания для выражения эмоций; в речи мужчин преобладают существительные, обозначающие конкретные понятия, чаще встречаются профес. жаргоны, связанные с работой и увлечениями (спортом, туризмом, эксплуатацией и ремонтом автомобилей). В речи женщин чаще используются превосходная степ. прилагательных, наречия меры и степ., восклицат. конструкции (“Ужас сколько!”), а также уменьшит.-ласкат. выражения (“ещё чашечку выпейте”; “трубочку возьмите”; “в баночку налейте”; “бумажечку подпишите”). Мужская речь пополняется словами, связанными с воен. действиями: “афганцы”, “чеченцы”, “контрактники”, “взрывпакет”, “зачистка” и др. Речь молодежи характеризуется стремлением к выразительности и оригинальности, смешению стилей, словесному ёрничанью. Отд. слова и выражения из молодежного жаргона получают широкое распространение: “балдеть”, “борзеть”, “видик”, “дискач”, “навороченный”, “оттягиваться”, “тусоваться” и др.;“шлангом прикинуться и резиной запахнуть”, “выпасть в осадок”. “раскатать губу”, “мозги компостировать” и пр. Молодежная речь эллиптична, отличается словесной “игрой”, включает подчас грубые и пошлые выражения, в т. ч. из воровского жаргона: “тёлка”, “ксива”, “кайф”, “Потрясная шиза!”; “Фильтруй базар!”; “В натуре!” и др. В устной речи горожан закрепилась криминальная лексика: “беспредел”, “на шухере”, “засыпался”, “темнить”, “шкера”, “охмурять”, “клёвый”, “под­начивать”, “крутой”, “пахан”, “слинять”, “замочить”, “опущенный” и т. п. Гор. Я. с. формируется на стыке различных культур и языковых вариантов. Неприличные, матерные слова (инвективы) оскверняют речь челябинцев всех возрастов, полов и сословий. С др. стороны, в кон. 20 в. в бытовую речь вошли термины, связанные с новой социально-экон. структурой: “акция”, “аренда”, “аудитор”, “банкрот”, “бартер”, “брокер”, “дивиденд”, “дилер”, “инвестиции”, “маркетинг”, “менеджер” и др. Активизировалась лексика сферы торговли: “палатка”, “киоск”, “салон”, “ларёк”, “маркет”, “супермаркет”, “шоп”. Складывается особый коммерч. стиль (смешение рус. и чужеземных слов): “шоп-тур”, “чартер”, “промоутер”, “лох”, “облапошить”, “расторговаться”. СМИ определяют мн. характерные черты Я. с., в первую очередь шаблоны: “глазами истории”, “переходная эпоха”, “между делом”, “сойдёт и так”. Накладывает отпечаток на развитие Я. с. реклама, засоряя ее штампами (“весь спектр техники”, “новая коллекция”, “весенний ассортимент”, “лучше жевать, чем говорить” и т. д.). Чел. филологи-ученые способствуют выработке речевых норм и пытаются привить горожанам любовь к рус. яз. В 1980–90-е гг. газ. “Челябинский рабочий” публиковала рубрику “Живое русское слово”. С 1982 местное радио транслирует передачи о рус. яз.: проф. Л. А. Глинкина (ЧГПУ) провела более 100 бесед о рус. яз. и культуре речи. С 1996 при администрации Чел. обл. работает совет по рус. яз. Положит. влияние на формирование языковых вкусов оказывает большинство ученых, писателей, педагогов, администраторов, журналистов, деятелей культуры и иск-ва (чего не скажешь о ведущих молодежных развлекат. программ, к-рые создают довольно примитивный стиль общения, базирующийся в осн. на жаргоне и сниж. лексике). Проникновению образного слова в обиходную речь способствует развитие нар. художеств. культуры. Восстановление храмов и увеличение кол-ва верующих способствует обогащению Я. с. лексикой духовного значения: “благой”, “благоденствие”, “благодеяние”, “благодарение”, “богопослушный”, “богохранимый”, “исповедь”, “пост”, “покаяние”. Чел. – многонац. город. В нем действуют различные нац. культурные центры: славянский, русский, молдавский, башкирский, евр. “Авив”, немецкий, укр. “Троянда”, груз. “Золотое руно”, Ассамблея народов Челябинской области, Балтийский форум и др. Билингвизм, т. е. 2-язычие,– одна из особенностей Я. с. Чел. Нац. языки обогащают рус., помогая ему развиваться. Так, в речи челябинцев много тюркизмов: “ашать” (есть), “арака” (водка), “бабай” (дедушка), “батыр” (богатырь), “бешбармак” (блюдо из мяса, нарезанного мелкими кусочками), “елань” (равнина, поляна, открытое место в лесу), “казарка” (дикая утка), “кумыс” (напиток из кобыльего молока), “малахай” (большая меховая шапка), “чебак” (рыба) и др. Статус рус. яз. как гос. поддерживается всеми офиц. учреждениями Чел., закреплен не только в стандартах ср. и высшего образования (почти во всех вузах Чел. преподается новая дисциплина “Русский язык и культура речи”), но и в регион. образоват. программах: популярны курсы по истории яз. и культуры, по рос. словесности, риторике, речевому этикету. В Чел. в 1982 и 1992 прошли всерос. науч. конф. “Культура речи в разных сферах общения”, в 1996 – междунар. конф. “Русский язык как государственный”.

Л. А. Шкатова

Лит.: Бирюков В. П. Урал в его живом слове. Свердловск, 1953; Турбин Г. А. Южноуральские говоры. Ч., 1982; Шкатова Л. А. Как слово отзовется: Беседы о разговор. речи челябинцев. Ч., 1986.; Каташева А. Я. Тюркизмы в языке города // Живая речь уральского города: Сб. науч. тр. Свердловск, 1988; Глинкина Л. А. Языковые интересы челябинцев // Языковой облик уральского города: Сб. науч. тр. Свердловск, 1990.












Наша ЭНЦИКЛОПЕДИЯ

Узнайте больше о нашем издании

Случайный выбор

В данном окне представленны случайные ссылки на страницы нашей энциклопедии.


Система Orphus

   Творческое объединение "Каменный пояс"   

 

2003 Создание сайта ИНФОРМАЦИОННАЯ ГРУППА 74.RU
2003 Энциклопедия "ЧЕЛЯБИНСК"
2010 Редизайн сайта - АРБ-Консалтинг